Интервью с банкиром

Интервью с членом правления, управляющим директором по информационным технологиям Московской биржи (Moex Group) Андреем Буриловым

418
Интервью с членом правления, управляющим директором по информационным технологиям Московской биржи (Moex Group) Андреем Буриловым

Андрей Бурилов

Член правления, управляющий директор по информационным технологиям Московской биржи

Философия биржи — сводить покупателя и продавца

Московская биржа — крупнейший российский биржевой холдинг, управляющий единственной в нашей стране многофункциональной биржевой площадкой по торговле акциями, облигациями, производными инструментами, валютой, инструментами денежного рынка, драгоценными металлами и товарами.

Из интервью с Андреем Буриловым, членом правления и управляющим директором по информационным технологиям Московской биржи вы узнаете, какие существуют отличия в подходах к автоматизации биржи и финансовых организаций, а также как выглядит современная биржа, как технологии обеспечивают надежность и безопасность работы, как Московская биржа способствует росту уровня финансовой грамотности россиян.

Видеоинтервью

Расшифровка интервью

— Для начала скажите, пожалуйста, пару слов о своем сегодняшнем месте работы. В сознании простого обывателя при упоминании слова «биржа» всплывают картинки из известных голливудских фильмов 1980-90-х годов: толпа кричащих людей с горящими глазами. С одной стороны, это какой-то бешеный драйв, с другой — ощущение хаоса в погоне за моментальной прибылью. Чем живёт сегодня и как устроена современная биржа, и Московская биржа в частности.

— Ну, эти фильмы о том, какой была биржа в прошлом. Современные фильмы про биржу совсем другие: в них главный акцент на том, как поймать существующие тенденции на рынке. И кричать сегодня уже никому не нужно — благодаря информационным технологиям все процессы автоматизированы и выполняются в режиме реального времени. То есть все происходит в безмолвных, равномерно гудящих серверных помещениях, о которых простые обыватели могут только догадываться. Живые люди друг друга не видят совсем. Момент, когда происходит сделка, им тоже не виден.

— Андрей, вы проработали в банковской сфере достаточно долгое время, а после этого перешли в некую новую для себя отрасль — на Московскую биржу. На ваш взгляд, есть ли серьезные отличия между биржей и банком с точки зрения ИТ-инфраструктуры?

— Отличие всегда есть. За свою профессиональную жизнь мне довелось поработать на разных участках: сначала это был инвестиционный бизнес, потом банки. Наконец, снова вернулся в инвестиционный бизнес, но на этот раз уже со стороны именно провайдера, поставщика услуг. Поэтому для меня есть и что-то новое, и что-то совсем не новое, а что-то вызывает особое уважение.

Если говорить о банковской ИТ-инфраструктуре, то она в первую очередь направлена на поддержку транзакционного бизнеса (когда мы с вами как розничные клиенты расплачиваемся карточками в магазинах). Это большой объём информации, которую нужно учесть и правильно отразить на счетах клиента. Каждый клиент банку дорог, и он понимает, что если с клиентскими операциями произойдет что-то нехорошее, то ему нужно будет объясняться и с регулятором, и с рынком. Да и вообще конкуренция в банковской сфере очень высока. При этом важно отметить, что сама по себе каждая конкретная операция может занимать и секунду, и две, и три. И даже если слип из терминала вылезает через пять секунд – это нормально, можно списать на не очень быструю связь.

На бирже, напротив, всё завязано вокруг скоростей. Здесь тоже происходят транзакции, но это уже реальные покупки-продажи. Когда всё пошло в автоматизацию, количество сделок растет экспоненциально из-за того, что постоянно уменьшается разница между поставленными ценами. За каждой сделкой – деньги какого-то покупателя или продавца, поэтому все нужно учесть и правильно отработать. Но при этом накладывается дополнительное ограничение: все должно происходить максимально быстро. Это, пожалуй, главное отличие биржи от банков. И даже если объем обрабатываемой информации и там и там соразмерен, скорости на бирже совсем другие.

Специфика торговых операций крупных компаний заключается в том, что они генерируют множество сделок купли-продажи или выставляют заявку и тут же ее снимают, чтобы обеспечивать себе какое-то конкурентное преимущество. Здесь работа идет уже не на секунды и даже не на миллисекунды, а на микросекунды. На лучших мировых биржах время выполнения одной операции составляет порядка 100-150 микросекунд. Для сравнения: чтобы моргнуть, человеку нужно 150 миллисекунд, за это время на бирже совершится порядка 1000 сделок.

— Практикуется ли какой-то обмен опытом между Московской, Лондонской, Нью-Йоркской и другими крупными биржами с точки зрения подходов к ИТ-инфраструктуре? 

— Есть Всемирная федерация бирж, в которую все мы входим. Мы находимся в тесном контакте друг с другом, мы партнеры, но и конкуренты. Партнеры, потому что принципы работы, обеспечения безопасности у всех нас примерно одинаковые. А конкурируем за клиентов и капиталы, предоставляя доступ к своим торговым площадкам.

— Андрей, вы затронули тему конкуренции между биржами. А каким образом биржи конкурируют — за счет специфических услуг, низких комиссий или чего-то еще? 

— Являясь членом правления Московской биржи, возглавляющим ИТ, я могу ответить с позиции ИТ. Мы конкурируем на технологическом поле, обеспечивая скорость и надежность сделок. Как вы знаете, на рынке есть инвесторы, и есть высокочастотные трейдеры. Инвесторы вкладывают средства, и для них важно выбрать правильный инструмент и ждать, когда он принесет доход. Для HFT важна скорость, им нужно быстро поставить заявку — снять заявку.

Конкуренция на разных рынках – это предоставление доступа к скоростям, а на одном рынке конкуренция заключается в предоставлении уровня сервиса к разным инструментам.

— Что вы думаете про конкуренцию ресурсов в ИТ-сфере, которая сейчас в финансовой отрасли актуальна как никогда? Скажите, как вы с этим боретесь? Чем привлекательна биржа как работодатель для ИТ-специалистов?

— Конечно, как и вся индустрия, мы сталкиваемся с общим дефицитом ИТ-кадров. После пандемии все поголовно занялись цифровизацией, все настраивают процессы, как минимум для полноценной удаленной работы. Это очевидный тренд. Сначала все думали, что это временное явление, мол, переживем «ядерную зиму», и все закончится. Сейчас пришло понимание, что в подобном режиме мы, скорее всего, можем работать и в дальнейшем.

Биржа исторически была цифровой компанией — с 1990-х годов биржи работают в цифровом мире. И сегодня мы ощутили на себе, что опыт наших специалистов востребован другими компаниями (технологическими и финансовыми), которые также задумались о цифровизации. В борьбе за компетенции людей мы конкурируем с широким фронтом партнеров и коллег, которые через нас же работают и торгуют.

Приходится адаптироваться к сложившимся условиям. Мы сделали программу удалённой работы сотрудников, разрешили искать ребят в регионах, чего не было раньше. Причем им не нужно переезжать в Москву. К сожалению, в регионах сейчас ищут сотрудников все, не только мы, поэтому, чтобы повысить шансы, мы выровняли зарплату для айтишников по всей России.

— Насколько велика потребность в ИТ-ресурсах на бирже?

— На данный момент у нас 550 человек работает в ИТ, и мы ищем еще порядка 90 ребят, которые могут нас усилить. То есть потребность есть, и она постоянно восполняется, потому что мы открываем новые направления.

— Биржа — достаточно специфический финансовый институт. ПО для автоматизации своей деятельности вы в основном разрабатываете сами или привлекаете какое-то тиражируемое ПО, которое другие биржи используют или брокерские компании?

— Тут всегда есть баланс. Если биржа среднего уровня или разработка ее инфраструктуры только начинается, то закономерно присутствует желание использовать готовые рецепты. Не секрет, что в 1990-х годах Московская биржа использовала софт американской биржи. Сейчас у нас полностью собственная уникальная разработка для торговли, которую, в свою очередь, мы внедряем на рынках стран СНГ. В других направлениях, не являющихся для нас основными, — электронный документооборот, учет каких-то артефактов и т.д., — мы используем готовые решения, представленные на рынке.

— Как вы относитесь к проблеме импортозамещения? Кредитные учреждения знают, что через пару-тройку лет эта проблема их накроет, поэтому они уже сейчас плотно работают в этом ключе, переводя основные направления бизнеса на отечественные средства автоматизации. А как складывается ситуация на бирже? 

— В этом плане у нас больше свободы, чем у организаций, которым импортозамещение спускается как требование. У нас достаточно прагматичный подход к выбору «железа» и софта, нет каких-то любимых или нелюбимых поставщиков. Мы регулярно тестируем представленные на рынке «железо» и софт с целью найти варианты, которые позволят нам за счет их внедрения оптимизировать стоимость владения своей ИТ-инфраструктурой и уменьшить расходную часть бюджета. Довольно часто эти новинки бывают отечественного производства. Наша цель – предоставлять надежный сервис на максимальных скоростях. Мы готовы работать с теми, кто может это обеспечить.

Регулярно, раз в пять лет, мы проводим тестирование оборудования, представленного на рынке, и выбираем тех, чье «железо» покажет лучшие результаты. И лейблы в этом случае бывают не важны. Важно, чтобы поставщики обеспечивали поддержку, вовремя меняли запчасти и обеспечивали надежность и скорость, которую рынок требует от нас.

Примеры российского оборудования у нас есть. Во-первых, это серверы точного времени (точность синхронизации времени на разных площадках для биржи крайне важна). Софт для ядра у нас собственной разработки — такого больше никто не производит. Системы ЭДО мы смотрим в сегменте open source, но не потому, что они российского производства, а потому, что они получаются дешевле с точки зрения 5-7-летнего горизонта. Там нет валютной составляющей, а производители знают специфику отечественного рынка и готовы гибко реагировать на наши пожелания.

Каких-то жестких требований к нам по использованию отечественного софта нет. Другое дело, есть ли на нашем рынке то, чем нам было бы удобно пользоваться, и предоставляются ли возможности, чтобы такой бизнес мог у нас появиться.

Мы сейчас активно используем решения open source, но при этом привлекаем наши российские компании, создающие с помощью этих решений инструменты, так называемые акселераторы, которые можно быстрее внедрять в собственную практику.

от ИТ-ландшафт, который мы сейчас формируем, далек от неповоротливых монолитных решений, характерных для стран Запада: мы выбираем то, что может обеспечить нам гибкость, высокую производительность и оптимальную стоимость.

— Давайте немного поговорим о частных инвесторах. У нас в стране сейчас происходит бум с точки зрения инвестиций — люди в поиске новых высокодоходных инструментов. Несколько лет назад началась программа по повышению финансовой грамотности. Биржа тоже предпринимает определенные шаги для повышения инвестиционной грамотности населения — частных инвесторов. Расскажите, пожалуйста, об этом.  

— Биржа — один из апологетов того, что финансовая грамотность крайне необходима для расширения людьми используемых финансовых инструментов и общего роста числа частных инвесторов. Но делать это нужно методично и осознанно. Важно, чтобы физлица, впервые приходя на финансовый рынок, не разочаровывались, получали позитивный опыт и оставались на нем на долгие годы. Большинство начинающих инвесторов не имеют необходимых знаний, не понимают всех рисков. Поэтому задача всей индустрии – предоставить эти знания и помочь разобраться в разнообразии финансовых инструментов.  

В рамках такой работы мы активно развиваем Школу Московской биржи – образовательный проект для частных инвесторов, где с 2017 года учим, как сохранить и приумножить свой капитал на финансовых рынках. У нас есть бесплатный обучающий онлайн-курс Путь инвестора, который может пройти любой желающий и получить начальные знания о том, что такое биржа, какие там есть инструменты и как ими пользоваться. Это делается для того, чтобы люди шли на биржу осознанно, ставили себе определенные цели, например, инвестировать в отрасли, в развитие которых верят или которые, по их мнению, должны вырасти, или накопить средства на будущее.

— Андрей, расскажите, пожалуйста, немного о корпоративных клиентах. Раньше они, как правило, были клиентами банков и через них приходили на биржу. Сейчас самые крупные из них могут работать с биржей напрямую. Создаются ли для них какие-то услуги, специальные программные продукты и т.д.?

— Действительно, раньше биржа работала в сегменте B2B, то есть предоставляла сервис брокерам, финансовым организациям, которые, в свою очередь, оказывали услуги конечным клиентам — физическим и юридическим лицам, большим корпорациям, которым необходим был доступ на биржу. Сейчас мы активно развиваем продукт, который называется MOEX Treasury. Он обеспечивает прямой доступ на биржу казначеям и казначейским направлениям в больших корпорациях. Сейчас к нему подключено свыше 60 корпораций – это нефтегазовые компании, промышленные холдинги, крупные предприятия. Продукт реализует режим одного окна, когда в одном месте можно купить/продать иностранную валюту, надежно разместить денежные средства на выгодных условиях на рынке депозитов с ЦК, найти информацию об остатках средств в банках через Транзит 2.0, просмотреть отчётность по выполненным операциям и т.д. Этот продукт мы сейчас рынку предлагаем. Для биржи это новое направление, и относится оно скорее к B2C. Клиент здесь — это казначей крупной корпорации. Продукт востребован и показывает хорошее value для компаний.

— Московская биржа развивает маркетплейс под названием Финуслуги. Расскажете о нем подробнее?

— Философия биржи — сводить покупателя и продавца. Наша задача — чтобы у всех клиентов был равный доступ к бирже с максимальной эффективностью и максимальной скоростью. Такая философия прекрасно вписывается в само понятие «маркетплейса».

Когда мы это поняли, то стали активно развивать проект маркетплейса Финуслуги. Идея его достаточно проста: мы нейтральная компания и не представляем какой-то конкретный банк с его конкретными услугами. Наоборот, наш опыт используется для того, чтобы обеспечить доступ к разным банкам из одного места.

Представьте, что мы находимся сейчас в Москве, а в Саранске или Екатеринбурге есть банк, у которого нет филиала в Москве, но он заинтересован в привлечении средств в депозиты из Москвы, потому что здесь живет наиболее платежеспособное население. В этот момент появляемся мы как маркетплейс. Один раз пройдя идентификацию, физическое лицо сможет через нас разместить депозит в этом банке в Екатеринбурге или в Саранске. Пользу и прибыль получат все: и те, кто предоставляет инструменты, и те, кто готов в них инвестировать. До принятия закона о финансовых маркетплейсах необходимо было личное присутствие человека в банке. Теперь все делается дистанционно. Чтобы привлечь клиента, достаточно обеспечить механизм идентификации и удобный личный кабинет, где можно просмотреть, сколько у вас накопилось средств. Для банков выгода также очевидна: им теперь не нужно тратиться на рекламу и открытие отделений в тех регионах, где они хотели бы присутствовать. Так что наш маркетплейс прекрасно справляется с задачей сведения продавцов и покупателей.

Сейчас на Финуслугах, помимо банковских вкладов, клиентам доступны страховые продукты (ОСАГО и ипотечное страхование), сервис потребительского кредитования. В декабре этого года появились народные облигации российских регионов, которые можно приобрести только на Финуслугах.

— Уточните, пожалуйста, сейчас уже все перечисленные вами сервисы (кредиты, депозиты, страховые договоры) доступны клиентам удалённо, без посещения офисов и предоставления документов на бумажных носителях?

— Смысл маркетплейса в том, что человеку больше не нужно строить отношения с каждым из поставщиков финансовых услуг – нужно только один раз зарегистрироваться, привязать свой профиль на Госуслугах и пройти идентификацию на платформе. С этого момента клиент может неограниченное количество раз пользоваться услугами всех компаний, которые у нас представлены.

— И много банков уже подключились к этому маркетплейсу и представляют через него свои сервисы?

— По вкладам уже подключилось 15 банков, база клиентов активно растет. Плюс мы с банками запускаем интересные совместные предложения – на Финуслугах регулярно появляются вклады на эксклюзивных условиях с самыми высокими ставками по рынку.

По кредитам мы подключили уже два банка и дальше будем наращивать эту базу.

Кроме того, Финуслуги в 2021 году присоединили сервис INGURU, который позволяет выбирать любые финансовые продукты – потребительские и ипотечные кредиты, ОСАГО, КАСКО, ипотечное страхование и др. То есть наша платформа работает еще и как витрина, где человек выбирает продукты и далее уже приобретает их в интерфейсе поставщика. Через INGURU у наших клиентов есть доступ к предложениям 150 банков и 14 страховщиков.

— Со временем количество банков, подключенных к программе, станет достаточно велико. Тогда клиенты смогут их ранжировать по предлагаемой ставке. Очевидно, что выбирать будут тех, у кого ставка ниже. В чем тогда интерес для остальных банков?

— Это устраняет лишние трения. Ситуации у банков разные: кто-то готов предложить лучшую ставку, кому-то в данный момент необходимо набрать пассивов, другие готовы предложить больше активов. Раньше региональный банк, чтобы увеличить покрытие для возможных потенциальных клиентов, вынужден был обеспечить свое присутствие в этих регионах. Учитывая масштабы страны, это довольно затратно и не для всех выполнимо. Для этого сегмента банков интерес выхода в маркетплейс заключается в том, что мы обеспечиваем им доступ ко всем россиянам сразу. А дальше — побеждает сильнейший.

На самом деле еще 5-7 лет назад появилось понимание, что банки всё больше будут превращаться в бэк-офисы, то есть организации, обеспечивающие транзакции. Финтехи — единороги в финансовой области — во всем мире захватывают общение с клиентом, оставляя банкам только транзакции. И, похоже, такая трансформация отрасли неизбежна.

— Андрей, спасибо за интересную и содержательную беседу.

Похожие записи

Банк Уралсиб: критериям цифрового банка соответствует!

Интервью с банкиром

ПАО «Банк Уралсиб» — российский коммерческий банк. В 2020 году входил в топ-20 банков РФ по размеру активов (рэнкинг рейтингового агентства Эксперт РА), в 2021 году — в топ-25 крупнейших банков страны по расчётам агрегатора Банки.ру. О перспективах развития экосистем на базе финансовых компаний, будущем дистанционного банковского обслуживания и трендах финтеха мы поговорили с менеджерами […]

426

Интервью с генеральным директором Ассоциации ФинТех Татьяной Жарковой

Интервью с банкиром

Видеоинтервью Расшифровка интервью — Татьяна, расскажите, пожалуйста, чем занимается Ассоциация ФинТех, какие долгосрочные проекты ведет сегодня? — Ассоциация была создана при поддержке Центрального банка и крупнейших участников финансового рынка. Основная задача ассоциации — быть той площадкой, где участники создают как непосредственно финансовые технологии, так и новые продукты и сервисы для клиентов на их основе, а […]

318

Интервью с директором по инновациям Банка Синара Виталием Копысовым

Интервью с банкиром

Видеоинтервью Расшифровка интервью — Виталий, расскажите, чем Банк Синара живет сегодня, какие продукты предлагает рынку, какие услуги наиболее востребованы в регионах присутствия? — Сегодня мы работаем по двум основным направлениям. Первое — классический розничный банк. Мы предоставляем полный спектр продуктов для клиентов: депозиты, кредиты, вклады, переводы, в целом все, что только может понадобиться розничным клиентам. […]

440